Р. Клибански, Э. Панофский, Ф. Заксль: Кронос-Сатурн в античной астрологии. Часть I

Об авторах и книге: вниманию вдумчивых и любознательных читателей предлагается перевод одного подраздела из фундаментальной книги, созданной коллективом из трех титулованных авторов — работы под заглавием «Сатурн и меланхолия: исследования по истории естественной философии, религии и искусства». Впервые эта интереснейшая книга увидела свет в 1964 г. В оригинале текст содержит массу ссылок на английском, латинском и греческом языках, которые мы по понятной причине воспроизводить не будем. Выдержки из данной работы публикуются на русском языке впервые. Перевод выполнен А. Шлыковым.

Раймонд Клибански (1905-2005) — германо-канадский историк философии и искусства. В 1966-1969 гг. президент Международного института философии. Эрвин Панофский (1892-1968) — немецкий и американский историк и теоретик искусства, один из крупнейших представителей немецкой науки об искусстве 1920-х годов и американской искусствоведческой школы 1930-1960-х годов. Фриц Заксль (1890-1948) — австрийский и британский историк искусства. Ученик и последователь Аби Варбурга, занявший после него пост директора Института Варбурга; успешно перенёс институт в Англию после прихода к власти в Германии национал-социалистов.

Кронос-Сатурн в античной астрологии (перевод первой части)

Астрологические элементы древней восточной астрономии были известны грекам наряду с астрономическими, однако примечательно, что именно халдей, а не грек, был тем, кто их систематически развивал и обобщал. Это был Берос1, родившийся около 350-340 г. до н.э., жрец в храме Бэла в Вавилоне, который, как сообщается, основал астрологическую школу на острове Кос; свою работу под заглавием «Вавилоника» он посвятил селевкидскому царю Антиоху I; эта сводка всех вавилонских знаний о звездах, по-видимому, являлась основным источником информации для авторов поздней Империи. Для самих греков астрологическая составляющая этого знания настолько затмевалась астрономической, что мы очень мало знаем о подлинном содержании «старинной», то есть до-Августовской, астрологии и менее всего — об описаниях, касающихся природы и влияния планет. Лишь одно можно сказать с некоторой уверенностью: разделение планет на «добрые» и «злые», которое стало общеизвестным во всяком случае к первому веку до н.э. и обычно характеризуется как «халдейское», должно было быть заимствовано значительно раньше этого времени. Согласно этой системе деления, которая легла в основу всех высказываний римских авторов об астрологии, а также представляла дни недели, названные в честь планет «благоприятными» и «неблагоприятными», две планеты, Юпитер и Венера, однозначно являлись «добрыми» по своей природе, одна, в лице Меркурия, была «нейтральной», а еще две, Марс и Сатурн, считались «злыми». И ясно, что эта доктрина, представлявшая сложную природу Сатурна в явно зловещем и мрачном свете, имела большое значение в связи с последующим отнесением меланхолии к его сфере.

Так, в нескольких строках Манилия2 — одном из самых ранних сохранившихся астрологических высказываний о природе Сатурна — мы встречаем небесного правителя с необыкновенно мрачным характером. Сброшенный со своего престола и изгнанный с порога богов, Сатурн оказывал свое влияние на «противоположном конце мировой оси» и управлял «устоями» Вселенной, то есть самой низкой частью небес, называемой «imum coeli», в результате чего он видел мир с противоположной точки зрения — точки зрения по существу недоброжелательной. И точно так же, как его собственная мифическая судьба была предопределена его отцовством, так и теперь, в роли планетарной силы, он удерживал в своих руках судьбу всех отцов и стариков.

Значительная часть этого беглого описания — помимо мрачной окраски портрета Сатурна — заключается в слиянии научной и, особенно, стоической доктрины с мифологией, а также в появлении более авторитетного типа размышлений, отличающихся классификацией множества взаимосвязей при незначительной рациональной или логической связи между ними. Астрологический взгляд, как это видно у Манилия, имеет нечто общее со стоическим; они оба интересуются древними мифами лишь в той мере, в какой их отдельные элементы могут быть истолкованы применительно к определению природного явления. Однако он все же отличается от стоического взгляда, во-первых, тем, что понятие божества больше не отделено от понятия звезды, известной под тем же именем, но отождествляется с ним; во-вторых, тем, что природа этой звездной силы, включающей в себя теперь и бога, и небесное тело, имеет значение для астрологов лишь постольку, поскольку она может оказывать непосредственное влияние на человека и его судьбу; и в-третьих, тем, что метод интерпретации мифов больше не является методом абстрактной аллегории, а становится методом конкретной аналогии. Они уже не говорят: «Сатурн означает Время, потому что Время поглощает мирские события, как Сатурн пожирал своих детей»; вместо этого они заявляют: «Сатурн, изгнанный с Олимпа в Гадес, правит самой низкой областью небесного глобуса» или: «Сатурн, сам являющийся старцем и отцом, определяет судьбу стариков и отцов».

Фриц Заксль, Раймонд Клибански и Эрвин Панофский (слева направо).

Более поздние астрологи продолжали развивать эти взаимосвязи, основанные на «структурных» аналогиях, и поэтому отрывочное повествование Манилия о планетарных божествах и их силах приобретает все более богатую, конкретную и сложную форму, в то время как, с другой стороны, первоначальные мифологические атрибуты богов, о которых все еще упоминал Манилий («deiectus et ipse Imperio quondam mundi solioque deorum» и т.д.), по-видимому, постепенно исчезали из памяти авторов и читателей и теперь могут быть восстановлены лишь ретроспективным анализом.

Довольно ранним представителем этого развитого астрологического описания являлся автор второго века Веттий Валент3, работа которого начинается с подробного описания природы и влияния планет и, насколько это касается описания, имеет очень много общего с ранней арабской литературой. По его мнению, Сатурн, который в греко-египетской манере упоминается им также как «звезда Немезиды»4, управляет огромным количеством различных типов людей и фактически не только управляет, но и порождает их: ему подчинены ряд веществ (таких, как свинец, дерево и камень), части тела, болезни (в особенности вызванные холодом или сыростью) и способы смерти (особенно утопление, повешение, сковывание цепями и дизентерия).

Некоторые из этих соотношений, со всей ясностью включенных в арабские тексты, без труда можно проследить до истинной мифологической основы концепции. Так, Веттий Валент сообщает нам, что сельское хозяйство и животноводство принадлежат Сатурну… Его связь с безбрачием и бездетностью, вдовством, жестоким обращением с детьми, сиротством, насилием и скрытой злобой можно объяснить неудачным опытом семейной жизни греческого Кроноса; его связь с печалью, тревожностью, плохим обращением, нищенством, цепями, пленом и утаиванием проистекают из его низложения и заключения в Тартаре; приписывание же ему «авторитета», «опеки», большой славы и высокого ранга обусловлено его изначальным положением в качестве правителя мира и царя богов. Покровительство земле, дереву, камню, сельскому хозяйству и земледелию явно проистекает из качеств итальянского бога урожая Сатурна, а патронаж над путешественниками — из его долгого и рискованного бегства к Лацию5. Далее, приписывание ему связи со слезами, теми, кто работает с мокрыми предметами, повреждений и болезней, вызванных холодом и сыростью, мочевого пузыря, желез, смерти от утопления и т.д. основывается на пифагорейской и орфической интерпретации Кроноса как морского и речного бога. Однако теперь было проделано то, на что Манилий лишь скромно покушался. Все эти мифологические черты были переосмыслены как типы земных вещей и событий; различные переживания и качества бога материализовались, так сказать, в категории земных сущностей и, прежде всего, в категории человеческого характера и судьбы.

Таким образом, теперь для астрологов стало возможным связывать различные категории людей и сущностей, вытекающих из мифов, с другими категориями, проистекающими из сугубо естественных представлений. Во-первых, как у Манилия, астрономические и физические свойства Сатурна как небесного тела могли быть сведены к типам характера и судьбы. Медлительность его обращения наделяла тех, кто был рожден под ним, вялым характером и стала причиной того, почему он стал считаться управителем свинца (а мы по-прежнему употребляем фразы вроде «свинцовых ног» и «свинцовой тупости») и причиной затяжных тяжб. Качество холода, повсеместно приписываемое Сатурну, порождало определенные заболевания, такие как водянка и ревматизм, особенно если сочеталось с влагой — и это опять-таки имеет мифологическое происхождение. Можно увидеть, как некоторые из этих утверждений вытекают из своего рода аналогии; формула, лежащая в их основе, более не является утверждением «поскольку сам Кронос лежал скованным в Тартаре, то и дети Сатурна зачастую оказываются в заключении»; а скорее становится следующей: «поскольку Сатурн холодный и влажный, а водянка и ревматизм вызываются холодом и влагой, то водянка и ревматизм свойственны Сатурну». Посредством этой косвенной аналогии астрологическое представление о Сатурне теперь может включать в себя третью группу предикатов6, которые сами по себе не связаны ни с мифическими, ни с астрофизическими атрибутами, но, если можно так выразиться, имеют светское происхождение и обладают совершенно особым значение в нашем контексте. Это была целая область знаний, приобретаемых с помощью физиогномики, характерологии и народной этики, которые сами по себе были совершенно независимыми от знания о звездах.

Продолжение читайте здесь.


1 Берос или Беросс (лат. Berossos) (ок. 350/340-280/270 гг. до н. э.) — вавилонский историк и астролог эллинистического времени; жрец бога Бэла в Вавилоне; современник селевкидского царя Антиоха I Сотера (281-261 гг. до н.э.). Прославился написанным им на греческом языке сочинением по истории древней Месопотамии — «Вавилонская (халдейская) история» («Вавилоника») в трех томах, которое он посвятил Антиоху I Сотеру.

2 Марк Манилий (лат. Marcus Manilius; I век) — римский астролог I века нашей эры, автор одной из первых сохранившихся книг по астрологии «Астрономика» («Astronomicon»), написанной в стихотворной форме. Никаких сведений о жизни Марка Манилия не сохранилось. В поэме Манилия впервые упоминается система астрологических домов.

3 Веттий Валент Антиохийский (120-ок. 175 гг.) — эллинистический астролог, младший современник Клавдия Птолемея, вместе с которым считается основателем классической астрологии. В 152-162 годах написал на греческом труд по астрологии «Антология» в девяти книгах, содержащий большое количество сведений о традициях эллинистической астрологии, а также множество конкретных гороскопов и их интерпретаций. Веттий Валент не просто излагает различные астрологические техники и правила, но высказывает по их поводу свои критические суждения и наблюдения; такое наличие чёткой позиции автора делает «Антологию» Валента Веттия одним из интереснейших греческих астрологических трудов.

4 Немезида — в древнегреческой мифологии крылатая богиня возмездия, карающая за нарушение общественных и нравственных порядков. Иногда считается нимфой. Изображалась с предметами надзора (весы, уздечка), наказания (меч или плеть) и быстроты (крылья, колесница, запряжённая грифонами), а также с согнутой у локтя рукой — мера длины в древние века — синоним неизбежной кары. Весы, предмет Немезиды, часто считались прообразом зодиакального созвездия Весы.

5 Лаций (лат. Latium) — регион в античной Италии, прародина современных романских языков. Здесь же зародились римляне. Его территория в настоящее время входит в состав более крупного административно-территориального образования современной Италии — Лацио. В преданиях римлян низвержение Сатурна Зевсом выглядело так: когда новый царь богов сбросил Сатурна с трона, тот сел на корабль и после долгих скитаний причалил к берегам Лация, центральной Италии, где жило племя латинов и где будет со временем построен вечный город Рим. По Тибру Сатурн поднялся на корабле до холма Яникула, где его гостеприимно принял Янус. Сам Сатурн обосновался на другом берегу реки, у подножия Капитолия. У того же холма стояло и древнейшее его святилище. В те давние времена жившие поблизости люди были дикими и добывали себе пропитание охотой. Сатурн собрал их в единое племя, научил обрабатывать землю, выращивать фрукты и виноград. В итоге сама эта земля получила название «Лаций» от слова latere, «скрывать», потому что укрыла бежавшего от сыновнего гнева Сатурна.

6 Предикат — это утверждение, высказанное о субъекте. Субъектом высказывания называется то, о чём делается утверждение. Предикат — то же, что свойство; в узком смысле — свойство отдельного предмета.

Источник: Klibansky R., Panofsky E., Saxl F. Saturn and melancholy. Studies in the history of natural philosophy, religion and art. — Nendeln, 1979. — P. 140-144.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.