Ноэль Жакуин: автобиография. Часть II

Вниманию широкого круга читателей предлагается перевод работы одного из ведущих хирологов двадцатого столетия Ноэля Жакуина (1893-1974), подлинного новатора в деле изучения руки и отпечатков пальцев. Ранее мы уже публиковали переводы третьей, четвертой и десятой глав из его книги 1933 года «Рука человека». Сегодня мы продолжаем публикацию переводов VII главы из этой книги, посвященной автобиографии автора. Перевод первой части этой главы читайте по соответствующей ссылке. Перевод выполнен Алексеем Шлыковым.

В одном из многочисленных писем, которые я получил от Маршалла-Холла, он выразил мнение, что, в конечном итоге научное исследование руки окажет неоценимую помощь как юриспруденции, так и медицине.

Я также в долгу перед профессором сэром Артуром Кейтом1, хранителем Музея коллегии хирургов, известного антрополога, который, хоть к утверждениям хиромантов и относился скептически, оказал мне любезную помощь в моих самых ранних медицинских исследованиях до войны. Я помню, как однажды зашел в Коллегию хирургов2 и имел наглость попросить о встрече с сэром Артуром Кейтом. Он увиделся со мной. Я сказал ему, что хочу знать, как удалось создать образцы вен и артерий для Музея коллегии. Он отвел меня в лабораторию и дал инструкции, чтобы утолить мою жажду знаний. Я никогда не забуду тот день и ту гордость, что испытывал из-за того, что столь великий человек взял на себя столько хлопот из-за незнакомого юноши, пусть даже в самом деле сильно желавшего узнать что-то.

Именно благодаря представлению, данному мне сэром Артуром Кейтом, я познакомился с покойным сэром Джеймсом Гэлловэем3 из больницы Чаринг-Кросс, который дал мне разрешение осматривать руки пациентов. Это имело огромную ценность для моих исследований заболеваний.

Гораздо позже, после того, как я поговорил с сэром Артуром о моих хиромантических исследованиях, связанных с заболеваниями, он написал мне письмо, в котором сказал: «Просто опубликуйте и научите других тому, что вы нашли правдой, вне зависимости от мнения больших и малых авторитетов». Совет, которому я добросовестно старался следовать.

В июне 1927 года я познакомился с Джоном Ридом Уэйдом, который последние тринадцать лет занимал редакторское кресло в «Pearson’s Magazine»4. Широко распространено мнение, что редакторы — это особый сорт людей с каменным сердцем, которые работают без пиджака и тратят все свое время на то, чтобы выбрасывать рукописи голодающих писателей в большие корзины для макулатуры. Это совсем не так; я обнаружил, что редакторы — реалистичные люди.

Боги были весьма благосклонны ко мне, когда тем ярким июньским утром послали меня в офис компании «C. Arthur Pearson & Co». В тот момент, хоть я и не осознавал этого факта, я находился на важном этапе своей карьеры. Для меня были открыты две дороги. Мне пришлось выбирать между мистическим и научным аспектами моих исследований. Я всецело склонялся к научной стороне дела. И мечтал в будущем увидеть, как исследование человеческой ладони станет однажды конкретной наукой, используемой как вспомогательное средство в диагностике заболеваний и распутывании психологических клубков, которые столь часто приносят беды в нашу жизнь.

Однако имелась масса трудностей. Хиромантия так долго носила на себе отпечаток шарлатанства, что серьезного исследователя почти не обращали внимания; в то же время соблазн потакать требованиям широких масс и таким образом зарабатывать деньги был огромен. До сих пор я успешно сопротивлялся этому искушению; мои научные исследования уже получили некоторую поддержку со стороны других редакторов. Но этой встрече с мистером Уэйдом определенно суждено было развернуть меня в правильном направлении.

Мистер Уэйд оказался отзывчивым, проницательным и очень умным человеком. Когда он смотрит на вас, вы подсознательно ощущаете, что его необычный интеллект доброжелательно оценивает вас. Я никогда не видел мистера Уэйда сердитым; кажется, он обладал бесконечным терпением. И вот он выслушал длинную историю моей работы, надежд и амбиций. Я предположил, что статья о научном аспекте чтения по руке будет интересна читателям его журнала.

Он задавал мне множество вопросов, одновременно критических и проницательных. Я ощущал себя так, словно подвергался перекрестному допросу адвоката. Затем он предложил мне прочитать ладонь неизвестного мне человека в его офисе. Я с готовностью согласился, и кого-то послали за одним из его сотрудников, которому суждено было стать моей жертвой. Когда я закончил, он повернулся ко мне с огоньком в проницательных серых глазах и сказал: «Да, это очень хорошая работа». Тогда я не знал мистера Уэйда столь хорошо, как сейчас, и должен признаться, был немного возмущен тем, что посчитал довольно циничной и несправедливой критикой.

Потребовалось аж четыре или пять собеседований, чтобы в конце концов убедить мистера Уэйда в том, что в чтении по рукам что-то есть. Помню, как объяснял значение гибкого большого пальца на руке некоего блестящего интеллектуала, заканчивая свои замечания словами: «Итак, вы видите, что этот гибкий большой палец выдает стремительную тенденцию, которая позволяет этому человеку иметь готовый ответ на все». Мистер Уэйд торжественно заметил: «Нет, Жакуин, это неверно. У вас самого совершенно прямой большой палец».

Было условлено, что я должен написать статью для журнала «Pearson’s Magazine», иллюстрированную отпечатками рук таких известных людей, как доктор медицины и профессор сэр Артур Кейт, сэр Уильям Орпен5, сэр Эдвард Маршалл-Холл и т.д. — отпечатками из моей быстро растущей коллекции ладоней знаменитостей. Было решено, что я должен завершить эту статью предложением дать краткое чтение отпечатков ладоней любого читателя, что будут присланы в редакцию.

Это предложение должно было действовать в течение только одного месяца. Мы обсудили с мистером Уэйдом возможное количество присланных отпечатков ладоней, и мы ожидали, что в течение месяца их число составит около четырехсот или пятисот оттисков. В течение первой недели мы получили свыше тысячи отпечатков, а к концу месяца я уже был буквально погребен под десятью тысячами писем, коробок и посылок, содержащих отпечатки ладоней. Мешки писем хлынули в офисы «Pearson’s Magazine» со всего мира; спустя день фургоны компании доставляли эту почту в мою квартиру. Очень быстро я оказался в ситуации, когда целая комната была заставлена от пола до потолка нераспечатанной корреспонденцией.

Мой план, как я отчетливо увидел, имел большую научную ценность, но также, судя по всему, стоил мне крупных денег. На некоторое время я нанял машинистку6, однако было совершенно безнадежно представить, что она когда-нибудь сможет напечатать все эти краткие сообщения. Поэтому мне пришлось нанять еще пятерых машинисток. Я больше не мог ничем заниматься, и стал диктовать свои толкования в порядке очереди. Первоначальная сумма, согласованная для статьи и моих последующих толкований, в данных обстоятельствах оказалась совершенно недостаточной. Несмотря на то, что я согласился выполнить эту работу за определенную сумму, мистер Уэйд любезно и очень справедливо скорректировал финансовую сторону предприятия к нашему обоюдному удовлетворению. В течение шести месяцев я надиктовал свои толкования каждый день, включая субботу и воскресенье.

20 сентября 1927 года в специальной колонке «Таймс» появилось следующее уведомление:

«Приносим извинения. Количество отпечатков рук, отправленных в «Pearson’s Magazine» в связи с их предложением в недавнем номере, оказалось настолько огромным, что редактор с сожалением сообщает: с ответами обязательно произойдет некоторая задержка. Однако он заверяет читателей, что чтение их ладоней осуществляется со всей возможной скоростью».

Со временем редактор и я получили несколько тысяч писем с благодарностью и признательностью от тех читателей, что воспользовались этим предложением. Опыт и истории, собранные в этой первой большой работе, сделали чтение ладоней очень интересным. Данное предприятие оказалось моим самым сложным испытанием, однако полученные в дальнейшем письма доказали, что оно оказалось еще и очень успешным. Его ценность для меня лично была огромна, поскольку оно явилось средством получить отпечатки ладоней людей, особенно представителей других национальностей, чьи жизни оказались наполнены странными событиями.

Снимая отпечатки одних и тех же ладоней через регулярные промежутки времени, я смог доказать, что рука в течение жизни своего обладателя претерпевает множество изменений; и хотя эти изменения могут быть очень незначительными, они, тем не менее, очень важны. Я обнаружил, что неблагоприятные материальные обстоятельства в жизни человека часто являются прямым следствием какого-либо психологического или физиологического дефекта, и что их исправление часто приводит к увеличению шансов на материальный успех и, как следствие, к изменению знаков ладони.

В начале 1929 года я упомянул мистеру Уэйду, что рука подвержена подобным изменениям, и предположил, что сам этот факт сделает мою статью более интересной и важной. Он с этим согласился и вполне правомерно потребовал доказательств. Он постоянно указывал мне, что зачастую довольно легко доказать что-то эксперту, но совсем другое дело — доказать то же самое неспециалисту, особенно когда речь идет о таком сложном предмете, как человеческая рука, и о таком ограниченном пространстве, как журнальная статья. Итак, он потребовал предоставить оттиски одних и тех же ладоней, сделанных в разные периоды, где изменения линий были бы видны со всей ясностью и очевидностью.

Поскольку в моих архивах имелись буквально тысячи отпечатков, представляющих интерес в данном вопросе, пришлось потратить несколько дней на их тщательный просмотр, дабы отобрать наиболее четкие из них. И я смог показать своему другу-редактору серию отпечатков, которые убедили его в правильности моих утверждений.

Затем мы столкнулись с еще одной трудностью. Большая часть доказательств, изменения в тонких линиях руки, были бы потеряны при любой обычной фотографической репродукции оттисков в журнале. Я предложил сделать микро-фотографии. Это предложение было принято, и статья появилась в ноябрьском номере, в результате чего мне снова прислали тысячи отпечатков ладоней.

Продолжение читайте здесь.

Рекомендуемые статьи с похожей тематикой:

Новатор в хирологии Ноэль Жакуин
Ноэль Жакуин: медицинская диагностика по руке. Часть I
Ноэль Жакуин: медицинская диагностика по руке. Часть II
Ноэль Жакуин: медицинская диагностика по руке. Часть III
Ноэль Жакуин: медицинская диагностика по руке. Часть IV


1 Сэр Артур Кейт (1866-1955) — шотландский анатом и антрополог, сторонник научного расизма.

2 Королевская коллегия хирургов Англии — профессиональная организация, объединяющая хирургов (в том числе стоматологов) Англии и Уэльса, зарегистрированная также как благотворительная организация. Основана в 1745 году. В 1800 году получила официальный статус коллегии. В здании коллегии созданы Музей и художественная галерея имени Джона Хантера, имеющая коллекции по анатомии, естественной истории и др.

3 Джеймс Гэлловэй (1862-1922) — британский врач, специализировавшийся в области дерматологии, являлся врачом-консультантом больницы Чаринг-Кросс. Во время Первой мировой войны он служил полковником медицинской службы во Франции и был посвящен в рыцари Георгом V за заслуги перед медициной в 1918 году.

4 «Pearson’s Magazine» был ежемесячным периодическим изданием, впервые появившимся в Великобритании в 1896 году. Версия для США начала выходить в 1899 году. Он специализировался на политических дискуссиях и спекулятивной литературе. Издателем журнала являлся газетный магнат Артур Пирсон (1866-1921).

5 Сэр Уильям Орпен (1878-1931) — английский и ирландский художник, один из крупнейших представителей импрессионизма на Британских островах.

6 Машинистка — женщина, работающая на пишущей машинке.

Источник: Jaquin N. The hand of man. — London, 1933. — P. 119-124.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.